Но реальность оказалась куда более жестокой. Вместо долгожданного освобождения, И-джэ оказался перед вратами преисподней, где его ждал не конец мучений, а их новое, ужасающее начало. Вера в завершение испытаний рухнула, уступив место леденящему душу осознанию того, что его судьба куда мрачнее, чем он мог себе представить.

Там, на пороге вечной тьмы, его встретила сама Смерть – не как палач, а как судья, выносящий приговор. Слова её были беспощадны: в качестве наказания ему предстояло умереть двенадцать раз. Каждая смерть будет в новом, чужом теле, в новых обстоятельствах, давая лишь временную передышку перед следующим циклом страданий. И лишь одно условие было поставлено перед ним, дающее призрачный шанс избежать вечных мук ада: он должен постараться выжить, пройти через все эти воплощения и смерти, не сломавшись.

Теперь каждый его вздох — это игра с неизбежным. Умирать снова и снова, проживая чужие жизни лишь для того, чтобы испытать неминуемый конец, стало его новым кошмаром. Неизвестность каждого следующего тела, каждой новой смерти, наполняет его существование абсолютным ужасом.